Роль М.С. Горбачева в новейшей отечественной и мировой истории
Страница 1

Историческая летопись » М.С. Горбачев в роли генсека » Роль М.С. Горбачева в новейшей отечественной и мировой истории

После Горбачева, потомственного пахаря, в российской и мировой истории осталась глубокая борозда. Можно ли однозначно оценить сделанное им, ведь его фигура, как и личность, до сих пор остаются предметом споров и разноречивых толкований даже в среде его соратников.

В своих книгах, вышедших почти одновременно, один - бывший секретарь ЦКи изначально активный сторонник генсека В. Фалин пишет, что так называемая перестройка, вместо того чтобы стать "революцией в революции", превратилась в "импровизацию в импровизации", выродившись в "авантюру", другой - А. Черняев - называет ее невиданным историческим прорывом. Для одних Горбачев - "могильщик" великой державы и коммунистической мечты, для других – пророк социализма с человеческим лицом. Он продолжает бросать вызов и тем, кто убежден, что такого социализма не существует, и тем, кто считает, что реальный социализм в человеческом лице не нуждается. Одни вменяют ему в вину идеализм и романтическую веру в "автоматизм демократии", другие - что был недостаточно решительным и жестким лидером в стране, привыкшей к царям и тиранам. Кто ближе к истине?

Уходящих в историю политиков мерили разной шкалой ценностей. Когда А. Пейрефитта, бывшего французского министра и пресс-секретаря де Голля спросили, какое наследство оставил после себя ушедший в отставку генерал, тот ответил: "пример". В этом слове для него соединилось политическое и нравственное величие выдающегося французского и мирового лидера.

Советник другого президента Ф. Миттерана, нынешний министр иностранных дел Франции Ю. Ведрин считает: для оценки политика и государственного деятеля может существовать только один критерий - результат. Даже мораль политика измеряется не намерениями, а результатами: "Морально быть ответственным".

А вот человек, который никогда не был ничьим помощником, К. Любарский хвалит Горбачева не за намерения, а как раз за результат: "Хочется, прежде всего, сказать ему спасибо за то, что он сделал для нашей свободы больше, чем кто-либо иной, и не только его вина, что мы не смогли ею в полной мере воспользоваться. Не важно, что Горбачев делал это не всегда сознательно, иногда даже с противоположными намерениями, - в истории в конечном счете оценивается лишь результат, а он превзошел все ожидания".

По мнению А. Черняева, " .как политик Горбачев проиграл. Останется в истории, как мессия, судьба которых везде одинакова". Однако Горбачеву-политику, а не мессии, неожиданно приходит на помощь другой выдающийся европейский политик Франсуа Миттеран. Он считает, что бывают ситуации, когда деятельность политика можно охарактеризовать как неудачу, но только если оценивать ее "с ограниченной точки зрения: Власти, а не Истории". Немаловажный нюанс.

Собственно говоря, именно уважительная оглядка на историю, стремление угодить ей, угадать ее, скорее, чем желание ее переломить, превращает Горбачева в политика больше западного стиля, чем традиционного русского "царя". В этом одно из объяснений, почему за рубежом легче понимали (и больше ценили) Горбачева, чем в его собственной, не привыкшей к таким правителям стране. Не случайны и приводимые западными политологами параллели между ним и своими политиками. Одна из них - опять-таки с де Голлем.

Страницы: 1 2 3 4 5

Мегалиты прошлого
Особое впечатление на арабского историка произвели египетские пирамиды. Он интересовался процессом их строительства и оставил после себя любопытное описание. Сначала, писал Альмасуди, под огромный камень подкладывали "волшебный папирус". После того, как до камня дотрагивались металлическим стержнем, он отрывался от земли и пер ...

Восстания на Руси
В 1257г весть. пришедшая из Суздальской Руси, взбудоражили новгородцев: они узнали, что ордынцы начали там переписывать жителей. Вскоре появились «численники» и в Новгороде. Но местные жители отказались от переписи. Начались волнения, восстания. Переписи особенно активно противились «меньшие люди», «большие люди» - бояре, другие богатые ...

Обострение политических противоречий в конце XVI – начале XVII в.
Международная обстановка в Европе конца XVI в. была крайне напряженной. Габсбургский лагерь и католическая церковь взяли жесткий курс на рекатолизацию и контрреформацию. Испанские Габсбурги не без успеха стремились влиять на венский двор, способствуя усилению напряженности в Чехии. Чешские католики, чувствуя мощную поддержку, не шли ни ...