Тураев и отечественная история

Историческая летопись » Борис Алексеевич Тураев - корифей русской науки о Древнем Востоке » Тураев и отечественная история

Большим достоинством Б. А. Тураева как ученого была осторожность в выводах. В качестве примера можно указать на его отношение к теории панвавилонизма. Б. А Тураев полностью его отвергал, как и Куглер, доказавший ее несостоятельность. Но последний в пылу полемики против сторонников панвавилонизма ошибочно отрицал также и древность астрального мировоззрения вавилонян, против чего Б. А. Тураев возражал правильно, как это показало дальнейшее развитие науки, протестуя против огульных обобщений, он во «Введении» к «Истории древнего Востока» писал, что «едва ли может идти речь об общих характеристиках для культур (например, о пресловутых: неподвижности, теократизме, деспотизме и т. п.), имевших историю в несколько тысячелетий…».[9]

Б. А. Тураев, отдавший всю свою жизнь науке, был глубоко предан ей. С горечью писал он о положении русской науки о древнем Востоке во времена царизма: «Самые центры ассиро-вавилонской культуры Ниневия и даже Вавилон – находились в ничтожном расстоянии от нашей границы и тем самым напоминали нам, что интерес к изучению древнего Востока должен быть у нас более жив, чем в Западной Европе, а изучение великого прошлого наших окраин – наш долг и перед ними, и перед наукой. Нами сделано в этом отношении слишком мало не только в смысле ученых и археологических изысканий, но даже в деле простого собирания памятников и спасения их от исчезновения, между тем как музеи Берлина и Лондона богаты не только предметами египетской и вавилонской культуры, но даже памятниками, вывезенными из Закавказья».[10]

Горячий и искренний патриот Б. А. Тураев прилагал всемерные усилия к тому, чтобы поднять уровень и престиж русской науки о древнем востоке. Как египтолог и как абиссиновед, он положил немало сил на переиздание египетских и эфиопских памятников и текстов, хранившихся в музеях науки и частных коллекциях, считал необходимым ввести их в оборот мировой науки, видя в этом дело чести русского ученого.[11]

Б. А. Тураев сделал все возможное для создания школы русских ученых, специализировавшимся в исследовании древневосточных обществ, и наиболее одаренному и эрудированному из учеников Тураева – Василию Васильевичу Струве выпало на долю после смерти учителя продолжить его дело.

[1] Коростовцев М. А. Академик Борис Александрович Тураев (О стиле работы ученого). // Вестник древней истории. 1974. №2. С. 111 – 114.

[2] История

[3] Коростовцев М. А. Академик Борис Александрович Тураев (О стиле работы ученого). // Вестник древней истории. 1974. №2. С. 111.

[4] Там же. С. 113.

[5] Там же. С. 112 – 114.

[6] Гумилев Л. Н. Этносфера: история людей и история природы.

[7] Цит. по: Коростовцев М. А. Академик Борис Александрович Тураев (О стиле работы ученого). // Вестник древней истории. 1974. №2. С. 112.

[8] М. А. Коростовцев М. А. Религия древнего Египта. М., 1975.

[9] Цит. по: Коростовцев М. А. Академик Борис Александрович Тураев (О стиле работы ученого). // Вестник древней истории. 1974. №2. С. 113.

[10] Цит. по: Коростовцев М. А. Академик Борис Александрович Тураев (О стиле работы ученого). // Вестник древней истории. 1974. №2. С. 114.

[11] Там же. С. 114.

Историография проблемы и обзор источников
Разработку проблемы национального движения в Беларуси можно условно поделить на несколько этапов: 1. 20-е гг. – появляются первые научные труды, в которых анализируются отдельные элементы данной проблемы. Они были написаны современниками и непосредственными участниками событий того времени, отличаются относительностью и многие факты ин ...

Народничество
На рубеже 50 - 60-х гг. XIX в. среди молодежи сложился тот тип нигилиста, который был запечатлен Тургеневым в образе Базарова. Отвергая дворянские предрассудки и официальную идеологию, нигилист изучал естественные науки, становился врачом, инженером, агрономом и приносил конкретную пользу людям, без громких слов и пышных деклараций. Мол ...

Обострение политической борьбы в империи
Усиление династии Габсбургов в результате захвата австрийских земель сделало нежелательным для князей их пребывание на престоле империи. После смерти Рудольфа Габсбурга курфюрсты не захотели передать престол его сыну Альбрехту и избрали королем одного из незначительных германских князей — Адольфа Нассау, заставив его подписать так назыв ...