Последующие упоминания
Страница 1

Историческая летопись » Либерея Ивана Грозного » Последующие упоминания

Слухи о таинственной либерее распространились по странам Европы в том же XVI веке. Во всяком случае, в Московию засылались специальные разведчики в составе официальных посольств. Так, просвещенные люди в Риме считали, что в Кремле есть какая-то библиотека с греческими книгами, они связывали ее с последними императорами Византии. И когда в Москву направился литовско-польский канцлер Лев Сапега для того, чтобы поздравить Бориса Годунова с вступлением на царство, Рим дал ему в "провожатые" своего агента Петра Аркудия. Грек по национальности, он на протяжении 14 лет обучался в Риме. Закончив курс и выдержав положенные диспуты, получил степень доктора философии и богословия.

Петр Аркудий, близкий к книжному делу, хорошо знал греческие и латинские рукописи и, как нельзя больше, подходил для поисков царской библиотеки. Русские, по словам этого агента, сначала рассказывали заманчивые вещи, показывали даже "Четьи-Минеи", но пустить в библиотеку отказались. Аркудий так и не смог обнаружить ее следов. И, оправдывая неуспех, написал в Рим, что библиотеки нет и никогда не было. Вот строки из этого донесения: "О греческой библиотеке, - относительно которой некоторые ученые люди подозревают, что она находится в Москве, - при всем нашем великом старании, а также с помощью авторитета господина канцлера не было никакой возможности узнать, что она находилась когда-нибудь здесь". Да и вообще великие князья московские - люди необразованные .

В том же духе высказался и Лев Сапега: он шел даже еще дальше, утверждая, что в Москве библиотек вовсе нет, за исключением немногих церковных подборок. Это было, конечно, несправедливо и оскорбительно. Достаточно того, что за одну лишь середину XVI века на Руси были изданы историко-литературные своды, начато книгопечатание, работали крупные книжные мастерские, велась книжная торговля.

Кто-кто, а уж поляки-то имели представление о книжных возможностях Московской Руси. Вот один из примеров. Еще в XV веке секретарь польского короля Якуб познакомился в Москве со знаменитым архитектором Василием Дмитриевичем Ермолиным, который был великим книжником. Вернувшись в Польшу, Якуб прислал письмо; хотя оно и не сохранилось, судить о его содержании можно по ответу Ермолина, который известен как "Послание от друга к другу". Якуб просил купить для него в столице "Пролог полный на весь год в одном переплете да Осьмигласник по новому, да Два творца в одном переплете, а к ним жития 12 христовых апостолов в одном переплете". Ермолин сообщил, что эти книги имеются в продаже в большом количестве ("купить можно много"), но переплетены они не так. Поэтому пусть Якуб вышлет бумагу, денег и подождет. Ермолин обещает заказать для него эти книги: "А я многим доброписцам велю такие делать по твоему приказу с хороших списков, как хочет твоя воля".

Другой пример не менее показателен. В том же XV веке Ян Длугош, работая над "Историей Польши" в трех томах, использовал русскую летопись; кроме того, в польских землях долгое время провела русская, так называемая Радзивилловская (Кенигсбергская) летопись. Так она называется потому, что "обитала" у польского магната Богуслава Радзивилла, а он передал ее в Кенигсбергскую библиотеку (Во время Семилетней войны летопись была возвращена в Россию).

. Прошли годы, и ученик Аркудия Паисий Лигарид так же упорно, как и его учитель, пытался проникнуть в тайну. В его письме к царю Алексею Михайловичу есть такие строки: "Сад, заключенный от алкающих, и источник, запечатанный от жаждущих, - по справедливости почитаются несуществующими. Я говорю сие к тому, - пояснял Лигарид, - что давно уже известно о собрании вашим величеством из разных книгохранилищ многих превосходных книг; почему нижайше и прошу дозволить мне свободный вход в ваши книгохранилища для рассмотрения и чтения греческих и латинских сочинений".

Высказывалось предположение, что Лигарид имел в виду Патриаршую библиотеку, а к Никону, истинному ее владельцу, он обратиться не мог, так как у них-де были враждебные отношения. Но в письме вполне ясно речь идет о превосходных книгах царской библиотеки, особо подчеркнуто наличие греческих и латинских. Петр Аркудий, по всей вероятности, рассказывал своим ученикам о легендарной либерее, которую ему не удалось разыскать.

Ее сокровищ Лигарид не увидел, хотя другими библиотеками Москвы пользовался неоднократно.

Та же участь постигла и хорвата Юрия Крижанича. Хотя он был сторонником сближения славянских народов, призывал Алексея Михайловича распространить русскую книгу на Балканах, Карпатах, в Польше, его все-таки считали агентом Ватикана и, в конце концов, сослали в Тобольск.

Страницы: 1 2

Социальная организация и структура монгольского общества и Золотой орды в советской и российской историографии
Отличительной особенностью значительной части имеющейся историографии является ее резкое разделение на два основных направления: апологетическое и ниспровергательное. Представители первого превозносят до небес роль Чингисхана в событиях на рубеже ХП-ХШ вв., оценивая ее только положительной даже прогрессивную. Представители второго, нао ...

Основные направления политико-правовой идеологии в период Великой французской буржуазной революции
Политико-правовые доктрины и программы, с которыми выступали представители Просвещения, нашли свое практическое воплощение в ходе Великой французской революции (1789–1794 гг.). В процессе развития революции произошло неизбежное размежевание третьего сословия, объединявшего в своих рядах буржуазию, крестьянство и городскую бедноту, что в ...

История Олимпийских игр
Они начались более двух тысяч лет назад в Греции. Обычно в массовом сознании наших дней Олимпийские игры воспринимаются как сугубо спортивные соревнования высшего ранга и, главное внимание, обращается на спортивные результаты. Античные Олимпиады имели иной смысл, другое содержание, их духовной основой были другие нравственные ценности ...