Проблемы и вопросы отечественной историографии 1917-1930 годы
Страница 8

Историческая летопись » Проблемы и вопросы отечественной историографии 1917-1930 годы

К проблематике освободительного движения в историографии 20-х гг. примыкала историко-партийная тематика, разработка которой также велась преимущественно историками-марксистами. Наиболее заметным явлением этого периода была четырехтомная «История ВКП(б)» под редакцией Е. М. Ярославского, охватившая период с 1880 г. до конца гражданской войны. Ее авторами были И. И. Минц, С. А. Пионтковский, К. Ф. Сидоров и др. Основное внимание в ней, разумеется, было уделено роли В. И. Ленина в революционном движении партии.

Параллельно в марксистской историографии существовала «История РКП (б)» Г. Е. Зиновьева, признанная позднее оппортунистической и фальсификаторской. Аналогичные обвинения были предъявлены книгам по истории партии, авторами которых были В. Волосевич и В. Ваганян. К литературе подобного рода были отнесены и книги лидера меньшевиков Л. Мартова «История Российской социал-демократии», «Мировой большевизм», «Записки социал-демократа». По мнению современных исследователей, негативные оценки исторических трудов Л. Мартова неправомерны, поскольку он «обладал исключительным аналитическим даром, способностью к глубоким обобщениям. Кроме того, благодаря своей феноменальной памяти, он был хранителем богатейшего фактического материала, по условиям подполья не отложившегося в архивах» (Савельев П. Ю. Л. Мартов в советской исторической литературе // Отечественная история. 1993. № 1. С. 107).

Изучение советского периода истории России. В историографии освободительного движения и истории партии несомненное первенство принадлежало историкам-марксистам, при оценке же событий Октябрьской революции и гражданской войны определенный интерес преставляет точка зрения представителей всех направлений отечественной исторической науки.

Одними из первых высказались представители буржуазной историографии, причем оценки давались ими в характерных для этого направления исторической мысли формах и специфическими Методами. Сошлемся па пример крупнейшего буржуазного историка, профессора М. И. Туган-Барановского. Подобно многим представителям профессуры, он занял резко отрицательную позицию по отношению к советской власти. В конце 1917 - начале 1918 г. он был министром финансов Центральной Рады, в 1919 г. как советник по экономическим вопросам выезжал с делегацией Украинской Директории в Париж. В эти же годы он выпустил ряд книг, в которых дал свою интерпретацию происшедшей революции. Он подчеркивал ее разрушительный характер, негативные элементы и черты, впадая при этом в патетику, несвойственную его трудам по экономической истории России: «Революционный вихрь смел в несколько месяцев крупное землевладение, действуя со стихийной силой и разрушая на своем пути все, что попадалось ему навстречу: культурные хозяйства, старинные помещичьи усадьбы с накопленными поколениями произведениями искусств и собраниями книг, конские заводы и племенные стада .» (Туган-Барановский М. И. В поисках нового мира. М., 1919. С. 114).

Во главе революции М. И. Туган-Барановский ставил интеллигенцию, в результате чего политический строй представлялся им как «диктатура социалистической интеллигенции, опирающейся, преимущественно, на городской пролетариат, отчасти же на беднейшее крестьянство» (Там же. С. 116). Прибегая к социалистической терминологии (сказался опыт бывшего «легального марксиста»), он выступил с ревизией основных положений марксизма, попытался обосновать ее конкретной исторической обстановкой России тех лет. Попутно отметим, что современный французский историк, один из директоров журнала «Анналы» М. Ферро, по сути, развивает положения М. И. Туган-Барановского, характеризуя крестьянское движение 1917 г. в Тамбовской губернии, часть земель которой вошла в состав временной Мордовии, и трактует революцию как «один из многих эпизодов, который никак не затронул степень лояльности деревни по отношению к режиму, будь то царь до 1917 г. или большевики после Октября».

Страницы: 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Возвращение. Тюрьмы и голодовки
И вот Ганди вновь ступил на родную землю. Поездка в Англию породила грусть и разочарование, но не ослабила веры и воли к победе. В Бомбей он прибыл 28 декабря 1931 г. долгожданного Бапу встречали огромные массы людей. Всюду возникали стихийные митинги. «Я вернулся с пустыми руками. Но я не поступился честью соей страны», - сказал Ганди ...

Последняя жертва на алтарь свободы
Парализованная внутренними и внешними противоречиями, Индия бездействовала. Освободительное движение, все усилия которого растрачивались на бесплодные переговоры, межпартийные дискуссии и осуществление мелких и символических политических акций, казалось надломленным. Обреченность и пассивность в умонастроениях людей разъедала столь доро ...

Возвышение Чингисхана и образование единого Монгольского государства
В начале XIII века на Русь стали доходить смутные слухи о появлении где-то на Востоке новой мощной державы степных кочевников. Эти сведения доносили купцы из Индии и Средней Азии, путешественники. О зарождении и развитии монгольского государства надо сказать особо, потому что на долгие годы его история трагически сплелась с судьбой русс ...