Российский терроризм в начале XX века
Страница 10

Историческая летопись » Российский терроризм в начале XX века

Правда, условием времени стала необходимость автора покаяться в своем эсеровском прошлом. Но, называя эсеров "приспешниками мирового капитала", он в то же время пытался реабилитировать моральную сторону эсеровского терроризма. Эсеровские боевики были представлены наивными романтиками, обольщенными внешней броскостью псевдосоциалистической, а на поверку мелкобуржуазной программой ПСР. "Обольщала, - оправдывался он, - возможность немедленно же вступить в рукопашную с представителями ненавистного строя. Рассуждали так: когда-то еще организуется рабочая революционная армия. А тут коротко: ухватил любого царского сатрапа - и о земь" - Уже повержены Боголюбов, Сипягин, Богданович, Плеве. Наивно рассчитывали террористическими актами ускорить надвигающуюся революцию. Боевики - обреченные люди. Их мечта - как можно скорее отдать свою жизнь в бою за свободу". .

Для семиосферы революционного подполья стирание граней с уголовным миром было неприемлемо. Хотя революционер-экспроприатор мало чем отличался от тривиального уголовника, но категорически отказывался это признавать. История царской тюрьмы обладает многочисленными примерами кровавых войн между уголовными и политическими. Характерно, что верх в этих столкновениях часто оказывался на стороне политкаторжан.

Первоначально даже советские авторы, памятуя о прежнем единстве политических, воздерживались от сравнений террористов с уголовниками. Но уже в 1926 г. А. Локерман, сам некогда являвшийся революционным боевиком, признавал, что новая генерация террористов-экспроприаторов была по своим моральным установкам и поведенческим стереотипам весьма близка к уголовному миру.

Накопленный практический материал о вооруженной борьбе в период революции 1905-1907 гг. позволяет классифицировать ее в качестве апогея развития российского терроризма. Террористический компонент неизменно присутствовал, а зачастую и доминировал в ней на каждом из этапов. Ведь даже лейтмотивом декабрьских боев в Москве стали диверсионные действия боевых групп, а не баталии в собственном смысле слова. Классические баррикадные сражения имели место лишь на Пресне.

Имелись свидетельства о той или иной степени причастности к терроризму едва ли не всех ведущих оппозиционных общественных организаций. С.Я. Елпатьевский и Н. Осипович восстанавливали картину всеобщего ликования интеллигенции вне зависимости от партийной принадлежности в связи с убийством эсерами К.В. Плеве.

В 1920-е годы в советской историографии еще довольно много внимания уделялось персоналиям, представлявшим террористический спектр общественного движения. Так, в 1925 г. был выпущен сборник писем убийцы К.В. Плеве эсеровского боевика Е. Сазонова к родным, открывавшийся вступительной статьей Б.П. Козьмина. Автор пытался реконструировать нравственный облик террориста. Для последующих поколений советских исследователей биографический ракурс рассмотрения темы революционного терроризма был неприемлем ввиду возможной при таком жанре тенденции романтизации образа боевиков.

В публикациях 1920-х годов в неожиданно для восприятия последующих лет террористическом свете предстает ряд видных большевистских лидеров. Обнаруживалась причастность к терактам и экспроприаторской деятельности многих из тех, кто в последующие годы был канонизирован как партийный идеолог. Деяния же, связанные с убийствами и грабежами, могли, естественно, бросить тень на культивируемый образ. Непосредственным организатором крупнейших террористических операций большевиков называют в этих публикациях члена ЦК, создателя Боевой технической группы Л.Б. Красина. Обстоятельства террористического прошлого видного большевистского идеолога Емельяна Ярославского восстанавливал его бывший соратник по Боевой организации Петербургского комитета РСДРП В.К. Воробьев. Сообщалось множество подробностей террористической деятельности М.М. Литвинова. И.М. Мошинский приводил факты террористического прошлого Ф.Э. Дзержинского. О. Баренцева писала об участии М.В. Фрунзе в покушении на убийство урядника. В. Бонч-Бруевич вспоминал о поддержке А.В. Луначарскими его плана похищения "парочки великих князей" во время декабрьского вооруженного восстания 1905 г. Выдвигался даже план, целью которого было похитить самого Николая II из его резиденции в Петергофе. Только категорический запрет на осуществление такого замысла В.И. Лениным предотвратил его реализацию. В Петербургском комитете большевиков обсуждалось также предложение похитить пушку из двора гвардейского флотского экипажа и, в случае начала беспорядков стрелять из нее по Зимнему дворцу. По свидетельству Г. Мызгина, в Екатеринбурге члены боевого отряда большевиков, возглавляемого Я.М. Свердловым, постоянно терроризировали сторонников "черной сотни", убивая их при первой представившейся возможности. В статье А.А. Биценко сообщалось о сотрудничестве с большевистскими и эсеровскими террористическими организациями A. M. Горького. СМ. Познер и Н.М. Ростов описывали теракт, совершенный в 1906 г. по постановлению Петербургского комитета большевиков в трактире "Тверь", где собирались монархически настроенные рабочие судостроительных заводов. Террористы бросили внутрь помещения три бомбы, а когда уцелевшие посетители трактира пытались выбежать из здания, открыли по ним стрельбу из револьверов. Причем и СМ. Познер, и Н.М. Ростов, оценивали данное деяние как проявление революционного героизма. А. Белобородов, оперируя уральским материалом, представил широкую палитру терактов большевиков, совершенных против владельцев фабрик, управляющих и полицейских. Марцинковский же свидетельствовал, что зачастую жертвами терактов становились и рабочие, отказывавшиеся поддерживать забастовки, бойкоты и другие проявления пролетарского протеста. Имелись случаи смертных казней штрейкбрехеров. Марциновский описывал эпизод, когда во время стачки большевики изгоняли людей со своих рабочих мест при помощи специальных вонючих бомб. Басалыго приводил шокирующие, по меркам современной электоральной культуры, подробности вооруженных нападений большевиков на избирательные участки с конфискацией и уничтожением официальных протоколов результатов голосований. П. Никифоров сообщал о специфической практике региональных большевистских групп по ведению издательской деятельности, когда с целью размножения революционных листовок и газет ими осуществлялись вооруженные захваты типографий.

Страницы: 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Книгопечатание
Книгопечатание в России возникло во второй половине XVI века, было издано около 20 книг, в XVII веке – 382, в XVIII веке только один Н. И. Новиков издал свыше 1000 книг. Печатная книга становиться оружием просветителей в борьбе с духовным и политическим гнетом, представляет собой напряженную борьбу за национальную культуру, за свободу м ...

Быт первобытных людей. Первые попытки
Эпоха первобытного общества - наиболее длительный период истории человечества. С давних времен восточная половина нынешней Европейской России была населена народами племени чудского и тюркского, а в западной половине, кроме народов литовского племени, жившего на берегу Балтийского моря, там жили славяне, держась у рек Волхов, Днепр, Су ...

Реформы и контрреформы. 
Естественным продолжением отмены крепостного права в России были земская, городская, судебная, военная и другие реформы. Их основная цель – привести государственный строй и административное управление в соответствие с новой социальной структурой, в которой многомиллионное крестьянство получило личную свободу. Они стали продуктом стремл ...