Российский терроризм в начале XX века
Страница 3

Историческая летопись » Российский терроризм в начале XX века

Первым из советских авторов использовал для изучения истории революционного терроризма архивы Департамента полиции В.К. Агафонов. Непосредственно его исследование было посвящено определению роли и места в системе органов политического сыска заграничной агентуры. Им приводились материалы о методах вербовки провокаторов в террористических организациях. В приложении к своей книге В.К. Агафонов опубликовал очерк "Евно Азеф", в котором подробно описывалась полицейская карьера руководителя эсеровской Боевой организации.

При широком ажиотаже поиска бывших секретных сотрудников охранки особо востребованными оказались материалы личного архива Л.П. Меньщикова, составленного по копиям документов Департамента полиции. В начале 1920-х годов часть документов была продана им В.Д. Бонч-Бруевичу. Остальные материалы его коллекции скупил в 1926 г. за 500 долларов Российский заграничный исторический архив в Праге. На основании источников полицейского происхождения и личных мемуаров была написана трехтомная книга Л.П. Меньщикова "Охрана и революция". Последняя часть его труда целиком посвящалась рассмотрению феномена "азефовщины". По мнению Л.П. Меньщикова, двойная игра Е.Ф. Азефа стала возможна как ввиду идеалистического отношения революционеров к террористической деятельности, так и по причине порочности розыскной практики Департамента полиции. Сам провокатор предстает в интерпретации автора довольно примитивной в моральном и интеллектуальном отношении фигурой, банальным циником и мелким эгоистом. Подготовленная Л.П. Меньшиковым в конце жизни "Черная книга русского освободительного движения", представлявшая собой комплексное изложение сведений о секретных сотрудниках Департамента полиции, так и не была опубликована. Парадигма поиска агентов царской охранки замещается в 1930-е годы поиском шпионов императорских государств.

И в постреволюционные годы общественное сознание продолжал будоражить "синдром Е.Ф. Азефа". Так, в бюллетене № 1 ЦК партии левых социалистов-революционеров, изданном в период левоэсеровского мятежа, причина убийства немецкого посла эсеровским боевиком Я.Г. Блюмкиным объяснялась следующим образом: "В распоряжение Мирбаха был прислан из Германии известный русский провокатор Азеф для организации шпионажа, опознанный партийными товарищами в Петрограде и в Москве". В действительности Е.Ф. Азеф ко времени левоэсеровского мятежа в списке живых уже не значился. Он умер 24 апреля 1918 г. в Германии. Возможно, слухи о его сотрудничестве с В. Мирбахом были связаны с последним местом работы в германском министерстве иностранных дел.

Большевистские авторы также использовали фигуру Е.Ф. Азефа для дискредитации идеологических противников. Азефовщина преподносилась не в качестве единичного инцидента, а как выражение контрреволюционной сущности эсеровского движения. Если левые эсеры уличали в связях с Е.Ф. Азефом германского посланника в России, то большевики устанавливали идеологическое преемство от него самих левых эсеров. Такая мысль проводилась, в частности, в статье Эрде "Азеф и азефовщина", написанной по горячим следам левоэсеровского мятежа. "От Азефа, - декларировалось со страниц "Известия ВЦИК", - протянулись прямые нити к партии левых эсеров", которая выступает "действительной наследницей заветов Азефа и азефовщины". "Двойниками Азефа, пробравшимися в ВЧК" назывались такие представители, как Я.Г. Блюмкин, Н. Андреев, А. Александрович, А. Попов.

Для полярного мировосприятия, которым отличается душевный склад террористов, отрицательный персонаж является отрицательным во всех своих ипостасях. Симптоматично, что наиболее уничижительные характеристики личности Е.Ф. Азефа были даны бывшей соратницей его по эсеровской БО П.С. Ивановской. "Подлая трусость", - утверждала она, - являлась основной чертой азефовского характера. Хотя, очевидно, что трус не мог бы вообще заниматься террористической деятельностью, тем более как Е.Ф. Азеф вести рискованную двойную игру между охранкой и боевиками.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Новый каменный век (неолит). Период родового строя и начало эпохи металла. Каменные орудия эпохи неолита.
Грубо выделанные каменные орудия древнейшего подвергались дальнейшему изменению и улучшению. Этому способствовали накопленный в процессе трудовой деятельности опыт и развитие умственных способностей человека. Теперь к каменным орудиям начали прикреплять деревянные и костяные рукоятки. Для этого делали широкие бороздки, охватывавшие сред ...

Первобытность на территории Отечества
Историю народов нашего Отечества принято начинать с момента обнаружения первых следов обитания человека на территории нашей страны. Основным источником по истории первобытного общества служат археологические материалы, которые дополняются этнографическими исследованиями жизни народов Африки, Америки и Австралии. Историю этногенеза слав ...

Развитие политико-государственных систем
Во второй половине ХХ в. происходило дальнейшее развитие политико-государственных систем европейских и американских стран. В Западной Европе окончательно укоренилась демократия (в 1974 г. Швейцария предоставила женщинам избирательные права), развивалось самоуправление (в конце века многие страны предоставили право участия в местных выбо ...